Шломит Малка – новая Ирина Шейк

Дочка украинки и марокканца, Шломит Малка прекрасно говорит по-русски. Но на съемке SNC в одном из самых козырных номеров отеля «Метрополь» с видом на Большой театр ей довелось выучить пару новых слов. «Это называется «откосить», – ласково поясняет фотограф Владимир Васильчиков свое недолгое пребывание – в призывной возраст – в одном из дурдомов нашей широкой страны. Шломит вежливо улыбается: она-то, уроженка Земли обетованной, не косила: она – капрал. Нравы израильской армии оказались до обидного мягкими: красивенькую солдатку, ишь чего, отпускали на кастинги. «Но только на самые важные», – уточняет Шломит, чтобы не сильно завидовали. Про Малку, собственно, ведущему глянцу-то и известно то, что она – служивая, и что она – свежее синеглазое лицо Intimissimi, а значит, будет даже круче уже всемирно известных представительниц бельевого бренда: Ирины Шейк, Анны Беатрис-Баррос и Барбары Палвин. «Боссы Intimissimi увидели фотографии израильской Золушки в фейсбуке», – с готовностью сообщает пресса.

Платье Louis Vuitton, Бюстгальтер Intimissimi, Серьги, платина, бриллианты, зеленые турмалины Tiffany & Co. Кольцо 4810, желтое золото Montblanc.

555

555

 

Платье Louis Vuitton, Бюстгальтер Intimissimi, Серьги, платина, бриллианты, зеленые турмалины Tiffany & Co. Кольцо 4810, желтое золото Montblanc.

Конечно, вранье. Как завсегдатай портала models.com, я прекрасно помню дебют Шломит в рубрике «Новые лица». Ее уже тогда представляла толковая и влиятельная Элинор Шахар, главная по модельному делу в Израиле. Малка, классическая красотка с огромными глазами, пухлыми губами и какой-то совсем уж неприличной копной каштановых волос – вот это, подумалось мне, гены – собрала десяток комментариев. «Чистая коммерция, да и рост всего 175 сантиметров. Для подиума не подойдет, зато какая фактура для Ralph Lauren!» Действительно открыточная красота – Шломит бы белозубого парня под бок да пса рекламной породы золотистый ретривер.

«Я отдаю себе отчет, что Шломит – девушка не для подиума. Вершина карьеры – реклама косметики и духов», – по-деловому рассказывает Анна Магин, мама Шломит – очень красивая (понятно, в кого у Малки рост, скулы и губы) и очень известная пиарщица, переехавшая в Израиль в 1990 году и поработавшая почти со всеми израильскими министрами и премьер-министрами. Стараниями Анны в Тель-Авив прибыли с лекциями Чулпан Хаматова, Кирилл Серебренников, Юрий Норштейн. Анна – адекватнейшая и, в отличие от многих «модельных» мам, прекрасно сечет суть дела. «Когда такой бренд, как Intimissimi, ищет посланницу, надо, чтобы эта девушка не просто была красивой, а еще могла открыть рот и что-то не совсем позорное сказать. Им нужен интеллигентный и образованный человек. Это – моя Шломит. А красота… Знаете, я с дочкой ездила на кастинги в Нью-Йорк. Не забуду, как увидела на одном из них пятьдесят своих дочерей! Глаза, губы, носы, волосы – ну один в один как у моей. При этом одна из Чехословакии, другая – бразильянка… Я опешила: и как выбрать? А потом поняла: надо, чтобы и вот тут – в голове – что-то было. Когда Шломит дала в восемнадцать лет свое первое интервью, люди спрашивали: «И долго вы ее учили говорить?» А я не учила. Просто работала круглосуточно – культура, лекции, политический пиар – а дочка где-то под столом играла и впитывала вот это все. Мне даже смешно, что она известнее меня. Пишут вот фэшн-бренды: возьмите у нас туфли, сумки, платья. «Зачем мне это?» – «Пусть дочка в инстаграм выложит!»

Боди Intimissimi, Юбка и туфли Prada, Серьги, Judith Ripka. На правой руке: Браслеты-каффы, Tiffany Infinity, Tiffany & Co. Кольцо La Barre, Mateo, На левой руке: Браслет и кольцо Tiffany Infinity,Tiffany & Co. Кольцо La Barre, Mateo.

Боди Intimissimi, Юбка и туфли Prada, Серьги, Judith Ripka. На правой руке: Браслеты-каффы, Tiffany Infinity, Tiffany & Co. Кольцо La Barre, Mateo, На левой руке: Браслет и кольцо Tiffany Infinity,Tiffany & Co. Кольцо La Barre, Mateo.

Медийного потенциала, скажу честно, в инстаграме Шломит не вижу – даже несмотря на милые селфи с лучшей подружкой и экслицом Calzedonia Сарой Сампайо, репортаж со Дня благодарения, встреченного в майамском имении самой звездной insta-girl Джиджи Хадид, и сладкие селфи с тридцатишестилетним бойфрендом – актером Йехудой Леви (он – такой израильский Данила Козловский и вообще-то даже более знаменит в своей стране, чем Шломит). Дело в том, что добрую половину записей Малка делает на иврите. «Там переживания за судьбу страны», – признается модель. Вот будет номер, думаю, если сидящая передо мной девушка в пеньюаре, бигуди и кружевном бюстье внезапно заговорит о конфликте с Палестиной, но Шломит берет себя в руки, обворожительно улыбается, снова становится будущей Ириной Шейк и говорит: «Я просто хочу, чтобы в мире было меньше зла и больше любви и красоты». Понимаю. «Кстати, а почему все пишут, что вы – наполовину русская? Вы по маме – украинка». – «Ой, только вы обращаете на это внимание, – смеется Шломит, – для всего мира Украина и Россия – одно и то же». Времени на интервью и съемку – в обрез. Шломит экстренно вылетает домой, в Тель-Авив. «Собака потерялась, она из приюта и всех боится. Откликается только на мой голос. Извините, что подвожу, но ее надо найти».

Вляпавшись в московскую лужу на выходе из «Метрополя», я прямо представляю, как Шломит бродит в не знающих сносу легинсах Calzedonia по уникальному тель-авивскому баухаусу под ручкус бойфрендом и зовет собаку – совершенно земная и очень милая. Испытание славой, считаю, выдержит. Как-то спокойно нам за нее.

Фото: Владимир Васильчиков 

Стиль: Игорь Андреев 







Мы делаем Golbis для вас, жмите "нравится", чтобы читать нас на фейсбуке!