— Алло, здравствуйте! — Здравствуйте, слушаю. Это кто?

Реклама

— Алло, здравствуйте!
— Здравствуйте, слушаю. Это кто?
— Девушка, будьте добры, мне такси на Черноморский бульвар, дом четыре.
— А карету скорой помощи вам не надо?
— Хм…Чего?
— Ничего, спрашиваю, скорую вам не вызвать ли? Могу пожарную команду или полицию
— Не понял…Это не такси?
— Да что тут непонятного? Не такси.
— Как не такси?
— Вы удивитесь, но так вот, не такси.
— Это три-один-три-пять-пять-шесть-девять?
— Да, но это все равно не такси.
— Странно, в справочном именно этот номер указан, как такси.
— Каком справочном?
— В интернете.
— Наверное это ошибка.
— Наверное…все равно странно.
— Ну, ладно, всего хорошего, не ошибайтесь больше.
— Подождите, подождите секундочку, девушка, не кладите трубку…
— Ну, что еще?
— Мне кажется или на самом деле, у вас голос какой-то грустный, и эта неоправданная агрессия…я же просто ошибся номером, не сделал вам ничего плохого…вам плохо, вы расстроены?
— А вы что, телефонный психолог, будете давать мне консультации по телефону? Ваша фамилия не Курпатов? Или может быть вы Карл Густав Юнг?
— Ну, вот, опять…зачем вы так? Я ведь вас правда ни чем не обидел. Разве что ошибся номером. Но ведь это не нарочно, просто случайность. И фамилия моя не Курпатов и не Юнг. Егоров моя фамилия, а зовут меня Александр, можно просто Саша.
— Черт! Вы не знаете зачем я тут вообще с вами разговариваю, Саша? Ну, хорошо, извините за излишнюю резкость, на то есть причины. Я Катя.
— Очень приятно, Катя. Значит я был прав. Кто-то или что-то, испортило вам настроение. Это плохо. Раз мы уже познакомились, не сочтите за любопытство, просто искреннее желание посочувствовать и помочь, может быть…

— Посочувствовать? Помочь? А кто вам сказал, что мне нужно сочувствие? Вы меня еще пожалейте, блин! Чем вы мне можете помочь? А? Вы, абсолютно чужой человек, звонящий ко мне домой почти в час ночи, ничего не знающий обо мне, заставляющий зачем-то разговаривать с собой…бред какой-то. Всего доброго!
— Катя, подождите, секунду, дайте скажу…Вот вы опять нервничаете. Зачем? Кто-то сделал вам плохо, а сорваться пытаетесь на мне, незнакомом, как вы сами говорите, человеке? Это нелогично по меньшей мере. Знаете, Катя, иногда проще доверить свои проблемы незнакомцу. Это даст вам возможность услышать непредвзятое мнение, а иногда получить и реальное решение…
— Уффф…………
— Вы не хотите говорить, да?
— Хорошо, Саша, вы хотите услышать о моей проблеме? Слушайте, Саша. Мне тридцать два года. Я недурна собой, у меня хорошая работа, я живу в красивой благоустроенной квартире, где есть все необходимое, у меня прекрасный немецкий автомобиль.
— Так это же замечательно…не понимаю…
— Погодите, Саша, не перебивайте. Так вот, у многих моих подруг нет этого или части из этого. Они живут в приватизированных хрущовках, работают бухгалтерами или секретарями в маленьких оптовых компаниях, у них непослушные дети, которые вечно чего-то просят, мужья бухают по выходным или где-то шляются…Но, понимаете, Саша, я им завидую, черт бы меня побрал! Я пытаюсь быть сильной, Саша, но у меня, наверное, плохо получается…Сегодня пятница, вечер, а я вместо того, чтобы быть где-нибудь в шумном месте с красивой музыкой, шампанским, цветами и с кем-то умным, красивым и заботливым рядом, сижу у себя дома на кресле и разговариваю с незнакомым человеком, который позвонил почему-то мне вызвать такси, а теперь пытается влезть мне в душу. Надеюсь вам все понятно, психолог Саша? Мы будем еще говорить об этом?
— Катя, я кажется все понял. Об этом говорить мы больше не будем. Тут телефонным разговором не поможешь. И вы в конце этого монолога опять сорвались…Ну, да ладно. Все это легко лечится, я знаю рецепт.
— Да? Какой вы замечательный, доктор! Выписывайте же его скорее и давайте заканчивать эту милую беседу.
— Не стоит иронизировать. Все просто, Катя. Я приглашаю вас туда, где много красивой музыки, шампанское и себя, умного и красивого, рядом, гарантирую.
— Вы необычайно скромны, знаете ли…Как приглашаете? Прямо так, незнакомого человека? А вдруг я уродина?
— Ну, вы не уродина, это точно. Сами же сказали, что недурны собой, я склонен вам верить. Кроме этого, я уже многое о вас знаю, поэтому не такого уж и незнакомого. Вы же идете танцевать, когда вас приглашает незнакомый мужчина, не интересуетесь перед этим маньяк ли он…
— Кстати да, вы маньяк, Саша?
— Вы в это сами верите?
— Хм…очень интересно. Но вам нужно было такси, вы куда-то спешили, я не права?
— Такси нужно не мне, а моему другу, он у меня в гостях, хочет добраться домой.
— А почему вы сами не довезете друга? Выпили? Или не заработали на личный автотранспорт?
— Заработал. Но машина в ремонте, увы. И не пил я ничего. Надеюсь, с вами выпью обязательно. Я сейчас найду такси, отправлю друга и перезвоню, хорошо, Катя?
— Погодите…Саша, вы сказали, что такси на Черноморский бульвар нужно?
— Да, на Черноморский.
— Так это же рядом со мной, я на Керченской живу.
— Соседи значит, здорово…
— Знаете что, давайте-ка я подъеду к вам сама, отвезем вашего друга. А потом приглашайте меня в место с музыкой…Боже, что я делаю? Далеко везти-то?
— Да нет же, на Пражку, а это вас не затруднит? Как-то неудобно все это…
— Удобно, удобно, напомните номер дома пока не передумала. Буду чрез полчаса.
Я положил трубку. Из соседней комнаты пришел Дима. Весь этот разговор он слышал на параллельном телефоне.
— Давай-ка бабло, старичок, ты проиграл.
Дима, вздохнув, полез в карман за кошельком. На этот раз мы поспорили на то, что я найду машину, чтобы отвезти его домой, бесплатно в течении двадцати минут. Я выиграл.
Мы стояли у подъезда и курили. Лето, тепло. Темная ночь. В кустах противно вякнул кот и тут же резко брызнул прочь от моего «Пшшел!»
— По ходу, Саня, ты мне бабло назад верни. Не приехала твоя таксистка.
— Погоди, приедет, я чувствую.
На самом деле я и сам стал сомневаться, мы ждали уже лишних двадцать минут. Ожидание томило и превращало мой выигрыш в несправедливый.
И тут, неожиданно, как все хорошее, из-за угла дома появился свет ксеноновых фар. Черная Аudi подплыла к нам и остановилась. Легким шепотом опустилось стекло:
— Ну, привет, доктор Саша,- раздался голос изнутри салона.
— Привет, пациентка Катя, — ответил я и, нагнувшись, заглянул в машину.
Короткая прическа, шатенка, лицо приятное, не барби-герл, не вамп, просто приятное открытое лицо, очки в тонкой оправе, видимо дорогой, ей очень идут, одета во что-то черное, не пойму во что конкретно, темно…В целом, все весьма мило.
— Ну, что, доктор, вы обещали меня вылечить, садитесь, отвезем вашего друга, или вам тут понравилось стоять?
Мы сели в машину. Я рядом с Катей, Дима на заднее сидение.
Ехать тут всего ничего, минут десять, тем более ночью и без пробок.
Из приемника тихо мурлыкало что-то девичье, по-моему Шадэ, хотя могу и ошибаться. Пахло лимонным ароматизатором и духами нашей неожиданной таксистки.
Минуты две молчали, томили первая неловкость и присутствие кого-то третьего, в лице Димы.
— И часто вы так? — Катя заговорила первая.
— Что так?
— Да вот так, Саша, ищете пациенток по телефону…
— Вообще-то впервые, но ты ведь не поверишь? Давай, кстати, на ты?
— Давай на ты. И, кстати, не поверю. Судя по внешнему виду, ты не аскет.
— А я разве говорил что-то об аскетизме?
— Нет, не говорил, это я к слову.
Тем временем, мы подъехали к диминому дому, и он, подмигнув мне, вышел.
— Куда поедем?
— Давай не будем тратить время на долгие разъезды? Знаю я одно место на Севастопольском. Тихо, народу немного, музыка, как и обещал, посидим, поболтаем?
— Хорошо, как скажете, врач…
Мы почти подъехали, когда мой мобильник зазвонил. Долго вытаскивал его из кармана, дав Мариске пропеть первый куплет «Шизгары»…
— Алло!
— Ну, что, товарищ, это мама звонит…- услышал я димин голос. 
— Мама? Ты почему не спишь? Что случилось?
— Гыыыыыыыыыыыы…вот ты пиздец, Станиславский грыз бы ногти от зависти, очень натурально…гыыыыыыыыыы…
— Что? Как? Ты серьезно?
— Гыыыыыыыыыыы
— Скорую вызвали? Я скоро буду!!!
Я нажал на отбой и посмотрел на Катю.
— Что произошло?
Замечаю, что Катя вправду взволнована, значит все отлично, эх, надо было идти в театральный…
— Папе плохо. Сердце. Надо ехать. Прости.
Говорю специально, порывистыми фразами, лицо мужественное, серьезное, сосредоточенное, мачо не плачут, в тяжелые моменты они становятся суровыми.
— Куда ехать?
— Назад, понимаю, что испортил тебе вечер, заставил выйти из дома…
— Да ты что, дурак? Причем тут я? Если захочешь, еще успеем пообщаться. Говори, куда тебя отвезти, там что-то действительно серьезное?
— Не знаю, у него уже было. Инфаркт. Вези назад, на Черноморский.
— Ты с родителями живешь, что ли?
— Нет, в одном подъезде, купил квартиру у соседки, когда она в Израиль уезжала.
— Понятно. Может помощь нужна? Ты говори, не стесняйся…
— Спасибо, не надо, все есть…
Audi притормозила возле моего подъезда.
— Ты это… правда, не обижайся…такое дело…черт!
— Саш, прекрати! Это жизнь. Все будет хорошо, беги…
— Я тебе позвоню завтра.
— Обязательно, расскажешь, как папа.
— Пока
— Пока
Я зашел в подъезд и услышал, как отъехала катина машина.
Достал мобильник, позвонил.
— Дим, все заебись, я дома.
— Ну, ты артист, Саня… я надеюсь, ты там расплакался натуральными слезами?
— Мачо не плачут, Димон, они становятся суровыми в тяжелые моменты.
— Короче, с тебя половина выигрыша, ибо я соучастник.
— Не вопрос, старичок. Приходи завтра. Предлагаю поспорить на то, что я смогу заказать пиццу бесплатно.
— Гыыыы, я уже боюсь с тобой спорить, давай, спокойной ночи, маэстро.
— Ага, и тебе добрых снов, лузер.
— Алло!
— Алло, слушаю!
— Это ты?
— Я… кто это? Минутку… Саша?
— Да, Саша…
— Ну, здравствуй, здравствуй, доктор Саша, как здоровье папы? Кстати, твое тоже как?
— Перестань иронизировать, это глупо. Скажи, это ты сделала?
— Что сделала, доктор Саша? Прочистила твой организм и вывела из него шлаки?
— Сука…
— Только не надо грязи, Саш… Я повела себя вполне адекватно. Ты то свои фокусы как оцениваешь? Причем я тебя не оскорбляю.
— Но откуда ты все знала? Кто номар квартиры сказал?
— Все просто, Сашуль. Ты очень громко разговаривал по телефону с другом, когда вошел в подъезд. Так что ваше намерение заказать пиццу я оценила по достоинству.
— Но как? Как? Я слышал, как ты отъехала от подъезда.
— Ты невнимателен, дорогой. При твоей любви заключать пари это недопустимая роскошь. Отъехала не я, а какой-то мужчина с парковки рядом. Бежевая «девятка», не твой сосед?
— А номер квартиры как узнала?
— Ну, это элементарно, доктор Ватсон, то есть, прости, доктор Саша. Ты очень быстро бегаешь к себе на второй этаж. Свет на кухне включаешь потому что лампочка в прихожей перегорела, да? Остальное дело техники. Табличка над подъездом, там написаны номера с сороковой до шестидесятой. Четыре квартиры на этаже. Твоя первая слева на втором. Значит сорок пятая. Все логично, уважаемый доктор.
— Вот ты сука…
— Опять ругаешься? Зря. Я ведь пиццу вам на следующий день на свои деньги купила между прочим. А потом в курьером отослала. Ну, помудрила немного. Ты ведь так и не спросил, где я работаю.
— Где?
— В одной хорошей фармацевтической компании. Так что в лекарствах я разбираюсь. В том числе и слабительных.
— Вот ты… вот ты стерва. А знаешь, что мне из-за твоих хороших лекарств промывание делали? Что три дня из толчка не выходил? Что у меня задница чуть на тряпки не порвалась? Я мог бы вообще сдохнуть!
— Ну-ка веди себя достойно, Саша! Ты же доктор! Ничего с тобой не случилось бы! Наоборот, это на пользу, полное очищение организма, о тебе пеклась…Как дружок, кстати, твой? Тоже уже в порядке.
— Он как раз в порядке. Он вообще в тот день не приходил.
— Так значит ты один пиццу схомячил? Ай-я-яй, не хорошо, надо с друзьями делиться…
— Слушай, хватит уже! Я тебя еще достану, я тебе суке…
— Только давай без истерик, мачо. Обосрался? Умей держать удар. Ты чего вообще звонил? Такси заказать?
— Узнать, что это ты…
— Узнал?
— Узнал, сука.
— Ну и пока. Не болей больше, доктор…
— Алло!
— Алло, привет, Дим!
— Катька, ты?
— Ага. Друг твой звонил, ругается жуть.
— Конечно ругается, он несколько дней в толчке жил
— Ну, да, не позавидуешь, я ему там адскую смесь намешала.
— Ну, спасибо мать. А что, на байку про подслушивание разговора и отъезжающего соседа он купился?
— А у него что, выход был?
— В общем да, не было.
— Дим, а я вот стесняюсь спросить, на кой тебе все эти шпионские игры нужны были?
— Эх, Кать… как бы объяснить подоступнее? Зависть жуткое качество, и я, человек слабый, не устоял. Задолбал меня этот везунчик. Все -то ему прет. И с девками полный порядок и у меня сколько бабла уже выиграл.
— А зачем ты с ним споришь?
— А вот не знаю. Все ждал, когда фортуна ко мне повернется, хотелось посмотреть хоть на одно фиаско этого красавчика. Ан нет…все никак.
— Ну, а сейчас, много ли толку в том, что он обосрался?
— Ха, мать…все под контролем.
— В смысле?
— В прямом. Он в тот вечер, когда ты ему пиццу отослала, звонил мне, говорит приходи, тут какой-то идиот по ошибке пиццу оплаченную прислал, так что, мол, выигрыш априори, вот, мол, какой я фартовый, пиздец просто.
— Ну и что?
— А то! Я сказал, что приехать не могу, занят, к сестре на днюху ухожу. Пожелал ему не обосраться, когда в одно лицо пиццу жрать будет
— И?
— Ну, как? Я-то его знаю. Он сразу заржал и предложил поспорить на штуку баксов, что у него отличное пищеварение и ничего с ним не будет, что сожрет эту долбаную пиццу с аппетитом и без вреда организму.
— И ты согласился.
— И я согласился.
— Ну тогда все ясно. Кстати, Дим, тебе пиццу не прислать?
— Иди ты, Катька…
— Ну, ладно, ладно, шучу. Давай, я в магазин побежала, звони если что…

Александр Гутин

Реклама