«Главные виновники — родители». Психолог объяснила трагедию в Казани

Реклама

«Ответственность в подобных трагедиях, конечно, лежит не на видеоиграх, не на законах об обороте оружия и не на интернете. А на тех, кто мог бы увидеть этих детей, вовремя диагностировать, но этого не сделал».

Фото «Главные виновники - родители». Психолог объяснила трагедию в Казани

После расстрела школы в Казани власти и общественность принялись обсуждать, что привело к трагедии. Прозвучали призывы вернуть смертную казньужесточить правила оборота оружияусилить охрану в школах, запретить видеоигры и отказаться от принципа анонимности в интернете.

Психологи сходятся во мнении, что корнем проблемы были отношения стрелка с семьей. При этом законодательство устроено так, что сами специалисты даже не могут без разрешения родителей пообщаться с ребенком, что лишает их возможности распознать у подростка зачатки психического расстройства.

«Главные виновники тут, конечно, семья и родители»

«Ответственность в подобных трагедиях, конечно, лежит не на видеоиграх, не на законах об обороте оружия и не на интернете. А на тех, кто мог бы увидеть этих детей, вовремя диагностировать, но этого не сделал. Но главные виновники тут, конечно, семья и родители. Которые были безразличны, годами игнорировали созревающие проблемы, не обращали на них внимания», — сказала в интервью «Коммерсанту» клинический психолог Ольга Серебровская.

Стоит не только вести разговоры об охране школ, но и «узнать, в чем причины мотивации такого жестокого поступка», считает кандидат психологических наук Люция Чукмарова. «Понятно, что это психоз, какое-то психическое отклонение, которое является социально обусловленным заболеванием, но вовремя его не разглядели. Недолюбили, недодали внимания — это само собой. В итоге последствия получились непредсказуемыми», — сказала психолог «Челнинским известиям».

Опыт показывает, что «стрелки» обычно заранее планируют свое преступление, отметила Серебровская. Более того, несмотря на замкнутость, они делают все, чтобы их остановили: пишут в соцсетях, упоминают о своих планах в разговорах, порой оставляют послания на видных местах.

Скриншот: telegram-канал Галявиева

Для своевременной профилактики важно понимать, что все школьные стрелки проходят «примерно одинаковый путь от тихого, часто неприметного чудака до совершенно отчаянного мстителя», сказала специалист. Это не обязательно жертвы издевательств, а порой просто непонятные окружающим и отвергнутые подростки, лишенные теплых эмоциональных привязанностей. «Каждый одинокий, странный, закрытый, замкнутый подросток потенциально может стать на этот путь», — отметила Серебровская.

Также необходимо учитывать, что обычно «стрелки» страдают пограничными личностными расстройствами, либо имеют отклонения за пределами нормы — шизотипическое, психопатическое расстройство личности. Эти расстройства развиваются постепенно, до подросткового возраста. Психологи и психиатры могут выявить детей с подобными нарушениями еще на дошкольном этапе. Тогда школьный психолог будет уделять им больше внимания.

Кроме того многим из таких детей травмируют психику дома. «Причем они необязательно воспитываются в экономически неблагополучных или криминальных семья. Это может быть внешне вполне благопристойная семья, в которой тем не менее есть жестокость и завышенные требования к ребенку. Где отсутствуют доверительные отношения, где постоянно происходят конфликты, зачастую незаметные даже для соседей», — объяснила Серебровская. Когда ребенок из семьи с неблагополучной атмосферой становится подростком, его психологическая травматизация запускает механизмы мести.

Есть и внешние провоцирующие факторы, которые могут стать последней каплей: поругался с девочкой, отвергли или высмеяли друзья, получил плохие оценки. «Поэтому на подростков с хронической неуспеваемостью тоже надо обращать внимание», — отметила психолог.

Может сработать и фактор подражания другим «стрелкам», которых порой героизируют в подростковой среде. «Если у подростка есть все вышеперечисленные предрасполагающие факторы, то механизм подражания тоже может повысить вероятность такого поведения», — объяснила Серебровская.

«Для школьной стрельбы нет какой-то одной причины. Все это должно лечь на определенную психологическую почву», — заключила эксперт.

«Психологи видят проблемного ребенка, но не имеют права к нему подойти»

Но вовремя выявлять проблемы мешает само устройство профилактической работы со школьниками в России. Психологическую службу в образовании сократили. «В итоге у нас в школе остался один психолог на 500 учащихся, а иногда и больше. Конечно, психолог не в состоянии их всех объять», — рассказала Серебровская.

Ввели правило, по которому психолог может общаться с учеником только с согласия родителей. «Обычно как раз неблагополучные родители такого согласия не дают», — отметила психолог. По закону о психиатрической помощи 1992 года для доступа психиатра к ребенку также требуется письменное согласие родителей.

«И пока эта стена не будет разрушена, пока психологическая школьная служба не будет насыщена специалистами, пока этим школьным психологам не будет дано право направлять ребенка к психиатру в обход согласия родителей — если они видят какие-то настораживающие признаки — то решить эту проблему будет невозможно. Это абсурдная ситуация — психологи видят проблемного ребенка, но не имеют права к нему подойти», — посетовала эксперт.

Необходимо расширить и укрепить школьную психологическую службу, передать ей больших полномочий, убеждена Серебровская. Также нужно принять закон о психологической помощи, который позволит специалистам в школах направлять детей к клиническому психологу и психиатру.

Трагедия в Казани

Выпускник 175-й гимназии на улице Файзи в Казани Ильназ Галявиев утром 11 мая пришел в свою школу с дробовиком и открыл огонь. Погибли семеро восьмиклассников и две учительницы. Еще 18 детей и трое взрослых попали в больницы.

Незадолго до преступления Галявиев завел телеграм-канал, где сообщил о своих планах и намерении застрелиться. Но после нападения на школу 19-летний преступник сдался полиции. На допросе он заявил, что отказался от своих родителей, а себя осознал богом. Парень не состоял на учете у психиатра, соседи считали его семью благополучной, бывшие одноклассники говорят, что у него не было проблем с учебой в школе. Ильназ учился на четвертом курсе колледжа, но с января вдруг стал прогуливать и был отчислен в апреле за неуспеваемость.

Реклама