Как Лев Яшин стал легендой, а потом потерял все …

  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Больше полувека назад Лев Яшин стал первым (и по сей день единственным) вратарем, названным лучшим футболистом Европы. Вскоре после этого ему устроили беспрецедентную травлю.

Поезд мягко остановился у перрона Казанского вокзала, и экс-защитник «Крыльев Советов» Вадим Лосев стал искать глазами встреча­ющих из московского «Динамо», в которое он переходил. В толпе выделялась высокая фигура в дубленке: за новобранцем приехал сам начальник команды Лев Яшин – «знамя «Динамо», которое, по собственным словам Яшина, «свернули и поставили в угол». Тепло поприветствовав новобранца, лучший вратарь XX века повел его ко входу в метро: на подземке до стадиона было быстрее, а при всей толщине медицинской карты Льва Ивановича звездной болезни среди его диагнозов не значилось. В вагоне Яшина, прощальный матч которого всего несколькими годами ранее собрал в Лужниках 103 000 человек, естественно, тут же узнали и стали уступать места, но тот с улыбкой отмахивался. «Понимаешь, – пояснил он Лосеву, – вагон качается, тормозит, разгоняется, а я, видишь, не держусь, сохраня­ю равновесие – это отличная тренировка». Даже закончив карьеру, Яшин не переставал быть спортсменом.

В этом и была проблема.

Лев Иванович мог стать звездой почти в любом виде спорта: он отлично играл в волейбол, водное поло, а свое первое звание мастера спорта и Кубок СССР получил за хоккейные успехи (и мог попасть со сборной на чемпионат мира, но сам выбрал игру в мяч). Однако когда карьера, пусть и долгая – а играл он до 41 года, – закончилась, найти себя вне соревнований оказалось сложнее.

За испытанием новой кинокамеры в Лондоне, 1963.

За испытанием новой кинокамеры в Лондоне, 1963.

Одна из любимых вратарем «Волг».

Одна из любимых вратарем «Волг».

Всемирная слава Яшина нравилась не всем динамовским руководителям: в любой поездке они терялись в тени «черного паука», или «черной пантеры», как прозвали иностранные журналисты советского голкипера. Вот потому-то Льва Ивановича стали постепенно выдавливать и в конце концов, повесив на него ответственность за трагическую смерть молодого нападающего Анатолия Кожемякина (застряв в лифте, тот разжал двери и стал вылезать, когда кабинка поехала), вынудили вовсе уйти из родного клуба. Притом что «Динамо» было для Яшина всем: даже на матчи сборной голкипер выходил в свитере с буквой «Д» на груди, а уже на пенсии, звоня из загранпоездок жене, всегда спрашивал сначала, как дела у дочерей, а потом – как у «Динамо».

В спортивном мире принято считать, что вратари – не от мира сего, но только не Яшин. Улыбчивый и компанейский, он легко находил язык и с новичками, и с иностранными звездами, недаром многие из них называли его своим другом. Возможно, это отличие от других голкиперов связано с тем, что место «в раме» он занял далеко не сразу, да и то не по собственному желанию. И в хоккее с мячом ­(канадский вариант с шайбой появился в нашей стране позже), и в футболе первой позицией будущей звезды было место форварда. Только в 16 лет в заводской команде высокого парня определят на пост № 1, причем только из-за габаритов.

В спортивном мире принято считать, что вратари – не от мира сего, но только не Яшин.

Невратарское изначально видение, возможно, и сделало из Яшина великого новатора, полностью изменившего роль голкипера в современном футболе. До него вратари играли на линии и вводили мяч в игру ногой, он же двигался по всей штрафной площади, метко вбрасывал мячи рукой или отбивал их кулаками, успевая попутно руководить действиями защиты. Причем его талант вратаря провоцировал и нападающих искать новые решения. Так, Эдуард Стрельцов в своей книге «Вижу поле…» вспоминал, что впервые применил свой ставший позже фирменным пас пяткой именно в матче против «Динамо»: только очень нестандартным решением можно было обойти защиту Яшина, который просчитывал действия нападающих на несколько шагов вперед и нередко прыгал раньше удара, угадывая траекторию полета мяча.

Яшин прибыл в Лондон на финал чемпионата мира по футболу, 1966.

Яшин прибыл в Лондон на финал чемпионата мира по футболу, 1966.

В воротах ему не сиделось, будто тесно там было. Вот он и рвался вперед, выбегая навстречу напада­ющим, за что в буквальном смысле отсидел два года. К счастью, не в тюрьме, а в дубле. В своей первой игре за команду «мастеров «Динамо», как тогда называли основной состав, Яшин пропустил курьезный гол от вратаря соперника: выбежал на пущенный тем через все поле мяч, но столкнулся со своим защитником и упал. Хуже дебюта не придумаешь. Руководство в погонах потребовало немедленно наказать опорочившего честь милицейского клуба юнца, и двери в главную команду для того закрылись, как тогда казалось, навсегда. Будь Яшин карьеристом, начал бы искать выход и, возможно, сменил бы клуб, но ему нравилась сама игра, и он полностью отдавался ей в дубле. Позже непробиваемого советского вратаря спросят, в чем секрет его успеха, и он скажет: «Нужно просто очень сильно не хотеть пропустить гол». В этой ­нехитрой формуле – весь Яшин.

Для него победа была высшим счастьем, и для нее Лев Иванович делал все, причем не только в футболе. В подростковом возрасте мальчику пришлось ради иной победы – военной – не только раньше времени повзрослеть, но и, как позже окажется, пожертвовать значительной частью своей будущей жизни.

Однажды Яшина спросят, в чем секрет его успеха, и он скажет: «Нужно просто очень сильно не хотеть пропустить гол». В этой ­нехитрой формуле – весь Яшин.

Эвакуировавшись в Ульяновск вместе с оборонным заводом отца, он оказался в голой степи – и бараки для семей рабочих, и здание самого завода предстояло построить своими руками. Уже в 13 лет Яшин-младший встал к станку, за которым, по законам военного времени, проводил по две, а иногда и по три смены. Голод и холод тех лет вместе с привычкой к сигаретам – курить Лев начал тогда же – скажутся на здоровье футболиста. Но когда тебе нужна победа, об этом не думаешь; вот и работал он без перерывов, а потом играл, не щадя себя. На Олимпиаде в Мельбурне в 1956 году, принесшей первую крупную победу сборной СССР, 27-летний Лев мучился язвой желудка. Уже тогда пищевая сода, снимавшая острые приступы, стала его постоянным спутником.

Путь из Австралии превратился в триумфальное турне – сначала на теплоходе «Грузия» до Владивостока, а потом на поезде через всю страну. В СССР спортсменов-победителей встречали на каждой станции. Яшину особенно запомнился старик, прошедший 40 километров, чтобы пожать вратарю руку, притом что телетрансляций из Австралии не было – о подвигах спортсменов узнавали по радио.

В Будапеште перед тренировкой, 1962.

В Будапеште перед тренировкой, 1962.

Яшин менял форму, только когда она протиралась до дыр.

Яшин менял форму, только когда она протиралась до дыр.

Эта же невозможность увидеть матчи сборной шестью годами позже обернется для Яшина травлей. От сборной, выигравшей, кроме Олимпиады, еще и чемпионат Европы, на мировом первенстве в Чили в 1962 году ждали только золота. И когда случилась осечка в четвертьфинале, нужно было найти крайнего. Им и стал Лев, о чем по указанию свыше сообщили газеты.

Его освистывали и не ставили на игры – худшее наказание для человека, жившего футболом, – но сломать не смогли. В следующем сезоне он пропустил всего шесть мячей в 27 играх, получил «Золотой мяч» и сыграл за сборную мира в Англии, где его партнерами по команде стали остальные претенденты на этот престижный приз. О том, насколько заслуженной была награда, говорит тот факт, что сейвам Льва будут аплодировать его же конкурент­ы.

Его освистывали и не ставили на игры – худшее наказание для человека, жившего футболом, – но сломать не смогли.

В рассказах об еще одном великом матче – уже упомянутой прощальной игре Яшина в Лужниках в 1971 году – любят описывать, как Лев Иванович передал сменившему его в воротах «Динамо» Владимиру Пильгую вратарские перчатки. Красивая деталь, но выдуманная. Яшину пришлось передать не только перчатки, но и все свои вратарские свитера и брюки. Руководство клуба потребовало от уходившего на пенсию сотрудника сдать все казенные вещи. Таким образом, на память о великой карьере в квартире футболиста остался только комплект формы сборной мира с несчастливым номером 13 на спине, который другие игроки брать отказались.

Яшин собирается на рыбалку.

Яшин собирается на рыбалку.

Встреча с Пеле, 1965.

Встреча с Пеле, 1965.

  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Сохраните статью в коллекцию, и вы легко сможете найти ее!

Cохранить в коллекцию
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Мы делаем Golbis для вас, жмите "нравится", чтобы читать нас на фейсбуке!


Похожие посты