КОШЕЛЁК

Реклама

Если терять – это беда, то находить, вообще, – горе!
– У нас ЧП! – загробным голосом проговорила мама в трубку. – Твой папа нашёл кошелёк.
– Не понял. Потерял?
– Наоборот, нашёл! На пять минут его нельзя оставить…
– И что внутри?
– Пересчитаю, перезвоню.

– Там ужас! – перезвонила она через минуту.
– Что, так много?
– Хуже: там валюта!
– Но сколько?
– Пересчитаю, перезвоню.
Ещё через минуту мама уже не говорила, а кричала:
– Он ограбил иностранца!
– Что значит «ограбил»?
– А кто ему поверит?! Это же международный скандал! Там виза, паспорт – и всё не на русском!
– На каком русском, мам? Мы – в Израиле.
– Причём тут это! Ладно, соберу ему тёплые вещи, перезвоню!
От телефона я уже не отходил.
– Это француз! – стенала мама ещё минут через десять. – Какой-то там Франсуа.
– Олланд? – охаю.
– Да не, не Голландец. Говорю же «француз»! Господи, вот зачем он это сделал? Столько людей вокруг, а ему понадобился именно француз!
– Ну, а деньги ты посчитала?
– Как я могу? – здесь же всё не по-русски!
Следующий доклад последовал минут через пятнадцать.
– Всё я его вызвала!
– Кого?!
– Маклера.
– Француз оказался маклером?
– Рехнулся? Где ты видел француза маклера? Просто в кошельке лежала его визитка… В общем, он уже едет на опознание.
– На опознание чего?
– А это уж как пойдёт. Или ты не знаешь своего папу?
Опознание длилось недолго. Наконец, трубка прокричала:
– Всё, его таки посадят, но так ему и надо!
– Успокойся, – говорю, – он же не украл, а нашёл.
– Причём тут это?! Он же спустил маклера с лестницы!
– За что?!
– За шиворот! Сверил того с паспортом, и когда тот не сошёлся…
– А как он сойдётся! Это же не его паспорт!
– Поэтому полиция сюда уже и едет.
– Маклер вызвал полицию?! – ахаю.
– Нет, полицию вызвала я… О, кажется, подъехали… Сейчас сдам маклера, перезвоню.
Но перезвонил уже я, не выдержав.
– Нас нету дома… – доложила мама шёпотом.
– Вы не открываете полиции?
– Не полиции, а Франсуа.
– Он-то здесь каким образом?
– Его маклер привёл. А папа ещё не спрятал кошелёк, поэтому нас нет. Когда вернёмся, перезвоню.

– Ну, кажется, всё, – со вздохом сказала мама через полчаса. – С французиком разобрались. Полицию я отменила.
– Так всё в порядке?
– Да, Франсуа был галантен и мягко рекал… В общем, теперь его точно посадят.
– Француза-то за что?
– За шиворот, как и маклера. Или ты не знаешь своего папу?
– Что, и француз не сошёлся?!
– Ещё как сошёлся, прям слетелся. А засыпался, представь, на мелочи… Бумажками сумму отгадал, а на копейках… В общем, пусть теперь с ним полиция разбирается!
– Но ты же их отменила.
– А француз вызвал… О, кажется, подъехали… Сейчас сдам им папу и перезвоню.
Следующий час я уже практически не дышал.
– Всё хорошо! – наконец, объявилась мама. – Пришёл какой-то бородатый, сказал, что полицейский, предъявил проездной с фотографией, и мы ему, слава богу, всё отдали… Теперь ждём полицию.
– Ничего не понимаю: теперь-то какую полицию?
– Так была же драка!
– Драка?!
– А ты не знаешь своего папу? Француз в благодарность стал совать ему деньги… ну и…
До вечера телефон молчал. А потом…
– У нас ЧП! – загробным голосом проговорила мама.
– Франсуа вернулся? – предположил я, и услышал:
– Хуже! Папа нашёл какой-то ключ, и с него теперь снимают отпечатки.
– С ключа?
– С папы!

© Эдуард Резник

Реклама