Откуда у губернатора полмиллиарда в доме? От безнаказанности!

Реклама

Есть ли папка с компроматом на каждого российского чиновника? И продолжатся ли посадки после ареста пензенского губернатора? Об этом обозревателю «КП» Владимиру Ворсобину рассказал глава Комитета Госдумы по информполитике Александр Хинштейн

К сожалению, не все губернаторы безукоризненны перед законом. И пример Белозерцева — тому подтверждение.

К сожалению, не все губернаторы безукоризненны перед законом. И пример Белозерцева — тому подтверждение.

Фото: ТАСС

ПРОДОЛЖЕНИЕ БУДЕТ

— Александр, мы в этом году еще увидим громкие посадки чиновников? Или пензенским губернатором Иваном Белозерцевым все ограничится?

— Это явно не конец. К сожалению, не все губернаторы безукоризненны перед законом. И пример Белозерцева — тому подтверждение.

Я не генпрокурор, я могу лишь предполагать. Но я вижу продолжение. Вот мы с вами сейчас, боюсь, не сможем сходу вспомнить фамилии всех губернаторов, арестованных хотя бы за последние 10 лет.

— Их, кажется, 11.

— Возможно. Хотя, в этом списке нет бывших глав регионов, которые были осуждены уже после потери своих полномочий. Например, бывший губернатор Тверской области Владимир Платов.

Мы вспомнили цифру 11, но вряд ли вы сейчас назовете все 11 фамилий или даже регионов.

— И что это значит?

— Это значит работа идет системно. В ней нет избирательного подхода. Возьмем бывшего кировского губернатора Никиту Белых. Когда его арестовали, некоторые начали говорить, что эта жертва выбранная, потому что Белых из оппозиционно-либерального стана. А единороссов не сажают. Но Белозерцев был единороссом.

КТО БЫЛ ЦЕЛЬЮ СПЕЦОПЕРАЦИИ

— Но чем интересен этот случай? Белозерцев арестован вместе с теми, кто давал ему взятку — фармацевтическим королем Шпигелем, его женой и посредниками. Есть мнение, что эта спецоперация была нацелена даже не на губернатора.

— Это уже конспирология. Тогда мы придём к выводу, что вообще в основе этого дела лежит не желание убрать коррупционера с руководства регионом, а передел рынка или сведение счетов. Может ли кому-то быть на руку этот арест? Безусловно. И как быть? Не делать ничего? Не трогать взяточника?

Я вам напомню другую ситуацию, где обвинение предъявлялось огромному числу людей. Это республика Коми, дело Вячеслава Гайзера, по которому проходило более 10 человек — почти все руководство региона. Поэтому и статья там была — «организация преступного сообщества» — одна из самых тяжких.

СК РФ: Губернатор Пензенской области и его соучастники подозреваются во взяточничестве

— Тогда половина правительства Коми была арестована.

— Арестована и осуждена. Там и зампреды правительства, и даже бывший депутат Госдумы, представлявший этот регион. Они на системной основе захватывали и выводили объекты из экономики республики, и это носило не хаотичный характер. Это не просто взятка или откат при закупках или строительстве, а совсем другая история, когда на целый регион, его бюджет и имущество, набрасывается целое преступное сообщество.

Александр Хинштейн. Фото: hinshtein.ru

Александр Хинштейн. Фото: hinshtein.ru

ОСОБЫЕ ПАПОЧКИ ЕСТЬ НА ВСЕХ?

— Обычно в регионе все знают, чем занимается их шальной губернатор. Только одни чиновники в итоге под арестом, как пензенский товарищ, а другие — на свободе. А народ наблюдает такую избирательность и думает, что на всех есть компромат, особые папочки, но не на всех дают команду «Фас!».

— Тогда почему дали команду «Фас!» в отношении пензенского губернатора?

— Вот я и хочу вас спросить. Он же переизбрался буквально полгода назад. Но разработка подобных випов длится не пару месяцев. Это расследование должно вестись годами, чтобы собрать доказательства.

— Вы усложняете.

— Как будто полгода назад, когда Путин давал Белозерцеву «добро» на переизбрание, у силовиков не было на него ориентировок? Вся Пенза шепталась про бизнес сыновей губернатора.

— Поправлю вас: это не Путин прилетел в Пензу в голубом вертолете и вместо 500 эскимо привез с собой Белозерцева. Так не было. Белозерцев сам обратился к президенту — может ли он пойти на выборы. И тот ответил: «Да, можете, выдвигайтесь». А с конспирологией будто «на каждого есть», я даже спорить не хочу. Потому что на каждого папочка может быть только если все 85 губернаторов в России поголовно коррупционеры.

— Есть такое народное мнение.

— Вы сами-то с этим мнением согласны?

— Я думаю, что «все» — неверно. Конечно, должны быть исключения из правил.

— Тогда надо определиться, что является правилом. «Честный губернатор» или «нечестный губернатор»?

— Сердце подсказывает, что честный. А ум подсказывает, что взяточник. В народе укоренилось мнение, что, чем выше человек забирается по карьерной лестнице, тем больше у него возможности своровать, и тем меньше сил воздержаться от этого.

— Это очевидно, что чем выше у тебя карьера, тем больше соблазнов. Но, знаете, я все-таки исхожу из убеждения, что большинство губернаторов — это люди честные. И уж точно когда губернатор рекомендуется на должность, ему никто не говорит: «Ты будешь в месяц приносить столько-то».

— Арест Белозерцева уникальный. Хранить в квартире полмиллиарда рублей вместе с пистолетом — это даже для губернаторов чересчур.

— Много или мало?

— Слишком самонадеянно. Это говорит, рискну предположить, о невысоком интеллектуальном уровне.

— Нет, это говорит об ощущении абсолютной безнаказанности! Видимо, Белозерцев полагал, что никто к нему не придет и никто санкцию на обыск у него не даст.

О ПОДКОВЕРНЫХ ИГРАХ И ПРОВЕРКАХ

— Политологи говорят, что каждый губернатор — под крышей одного из элитных «кланов». И эти «кланы» между собой соперничают. Вы согласны?

— Это ерунда, которую придумывают как раз политологи. Им нужно как-то обосновывать свое существование.

Первое. Большинство губернаторов — они за Путина. Второе. Я не знаю примеров, чтобы главу региона арестовали в результате каких-то политических подковерных игр.

— А Фургал?

— Вообще никакой связи. В аресте Фургала я вижу такую ошибку: прежде чем его арестовывать, нужно было сформировать общественное мнение. И не только на Дальнем Востоке — там о его «подвигах» и так все догадывались. Например, для меня не были откровением ни причастность Фургала к преступной группировке «Общак», ни его связь с местным авторитетом Петрухой. Это всё есть даже в интернете.

— И люди в Хабаровске знают об этом.

— Да! И после этого кто-то говорит: «А как же его раньше избирали в депутаты Госдумы?» Послушайте, когда человека избирают в депутаты, запрос в органы идет исключительно по формальным признакам: есть ли у кандидата иностранное гражданство, судим ли он. Нет секретного суперкомпьютера, в котором написано, что Фургал — преступник.

— Или что Белозерцев — взяточник.

— Сейчас предъявляют претензии: «Где была «Единая Россия» раньше? Почему только сейчас приостановили его членство в партии?» А мы что, знали, что у Белозерцева в квартире полмиллиарда лежит?

— Думаю, в Пензе знали.

— Про полмиллиарда? Сильно сомневаюсь.

— Ну, то, что у него много денег — это точно. Потому что сыновья Белозерцева — очень богатые люди.

— Есть еще такая мелочь, как презумпция невиновности. Мы можем с вами что угодно подозревать. Но 80-90% компромата, который поступает оперативным путем, отсеивается, как не подтверждающийся. Только 10-15% в конечном счете реализуется во что-то конкретное. На тот момент, когда Белозерцева избирали, очевидно, что конкретный доказательств его преступлений не было.

ВЧЕРА ТЫ С НИМ ВЫПИВАЛ, А СЕГОДНЯ ЕГО ВЕЗУТ В «КРЫТКУ»

— Что делать, чтоб народ поверил, что в стране идет борьба с коррупцией? Пока он верит в это не очень.

— Первое. Посадок должно быть больше.

Второе. В регионы должны приходить не только честные, но и открытые люди, которые не будут скрываться от своих избирателей.

И мы видим перемены. Сегодня губернаторы — в основном люди достаточно открытые. Практически каждый — в соцсетях, куда человек может обратиться. Есть исключения, но они лишь подтверждают общее правило.

— Я надеюсь, что кто-то, наконец, открыто посчитает количество бизнесменов — родственников у губернаторов. Сколько зарабатывает супруга, какое имущество записано на тещу. И если число такой «успешной родни» зашкаливает, — сразу проверка.

— Согласен. Любое открытое разоблачение — это не только справедливость и неотвратимость наказания, это еще и очень серьезная профилактика. Потому что, когда губернатор видит, что его соседа, с которым он вчера еще только выпивал и строил планы, сегодня уже везут в «крытку», он задумается. Каждый из нас себя считает бессмертным, а жизнь — бесконечной. Но когда это происходит с твоим знакомым, коллегой, ты волей-неволей примеряешь это на себя.

— Дисциплинирует.

— Конечно.

Реклама